Независимость по-шахтерски: истории горняков, для которых дух свободы – не пустые слова

23 августа 2019, 20:30

Последнее воскресенье августа — День шахтера, а в субботу все украинцы отмечают День Независимости. Что общего у этих двух праздников — в нашем материале

Говорят, с шахтерами шутки плохи. Еще во Вторую миро­вую войну немцы больше всего боялись шахтеров и моряков, по­тому что те побеждали противни­ков даже без оружия. Командова­ние отправляло шахтерские батальоны с одной лопаткой в руке под лозунгом: "Оружие добуде­те в бою". Так что "вилять" перед шахтерами не имеет смысла — они заглядывают в глаза опасно­сти каждый день. А уровень ува­жения шахтеров в стране был и остается высоким.

Конечно, со времен Стахано­ва угольная промышленность су­щественно изменилась. Улучши­лись условия труда, а процесс до­бычи угля автоматизировался. Украина сделала ставку на энер­гонезависимость и быстро раз­вивается в этом направлении. Вклад шахтеров ДТЭК в энер­гонезависимость — добыча угля для большей части всех украин­ских ТЭС. Современные шахте­ры — люди с разносторонними интересами, а их выбор профес­сии — осознанное решение. Они знают, в чем суть их работы, и трудятся ради тепла и света для всей Украины. Они ценят сво­боду, любят землю своих пред­ков и чтут семейные традиции.

Шахтер Максим: объехал на байке пол-Украины

Максим Тюков уверен: у на­стоящего мужчины должен быть байк из Японии, парфюм из Франции и жена из Донецкой области. В "Фейсбуке" Максима знают как байкера и руководителя мотоклуба городка Угледара. На своей Yamaha Drag Star он объехал уже пол-Украины и страны ближ­него зарубежья, где у него множе­ство друзей. "В детстве, как и все мальчишки, катался на мопедах, мотоциклах "Иж", "Минск", — вспоминает наш герой. — Первый серьезный мотоцикл (МТ 10-36 Киевского завода) появился в 26 лет. Мы с наставником переде­лали его "на американский лад": долгими зимними вечерами про­падали в гараже и переваривали каждую деталь. А вот Yamaha Drag Star появилась позже благодаря инвестициям всех родных, так что это и друг, и член семьи. Байк по­могает мне почувствовать свобо­ду — через скорость, ветер, дви­жение, запах асфальта и закат. За рулем я чувствую себя птицей. Есть только я и дорога — в этом и есть свобода".

Кроме того, Максим — потом­ственный шахтер. После Второй мировой войны его дед был бри­гадиром забойщиков в Горловке, отец 30 лет проработал на "Юж­нодонбасской №1". "Как отец, я стал механиком и проработал на "Южнодонбасской №1" 13 лет, пока не началась война, — го­ворит Максим. — Прежде наша шахта была третьей среди лидеров в Украине по добыче угля, а стала третьей "с хвоста". Пришлось перебраться в Першотравенск (Дне­пропетровская область). В "ДТЭК Павлоградугле" все иначе — здесь стабильная обстановка и достой­ные, своевременные зарплаты, так что я доволен".

Сразу после вуза Максим Тю­ков занимался добычей угля на комбайнах, теперь — перешел в ремонтную бригаду, работает ме­хаником. Самая большая глубина, на которую он спускался, — 620 метров. "По сей день, как спуска­юсь в шахту, внутри меня звучит любимая песня отца — "Забой­ная": "Спуск и подъем, лава за ла­вою. В шахту идем мы не за сла­вою. Уголь даем — самое главное".

Семья. Как у настоящего мужчи­ны, у Максима и жена из Донец­кой области, и сын-богатырь — занимается пауэрлифтингом. "В свои 11 лет он мечтает стать офицером ВДВ, — с улыб­кой говорит отец. — Хочет посту­пить в Одесский институт сухо­путных войск. У него шахтерская решимость: если уж четко выбрал, отступать не будет". Есть в семье Тюковых и свои традиции: перед уходом на работу каждое утро — обязательно поцелуй любимой жены. "Это как благословение, — говорит Максим. — Ведь кто зна­ет? Работа наша — очень опасная. Так было заведено в нашей семье из поколения в поколение".

Денис: открыл школу брейк-данса в родном городке

А вот 27-летний шахтер Денис Тутов в своем городке Терновка на Днепропетровщине открыл студию танца и мечтает вырас­тить хотя бы одного олимпийско­го чемпиона. Брейк-дансом забо­лел в 13 лет, когда вместе с друзья­ми насмотрелся рэперских кли­пов. "Тогда я решил: во что бы то ни стало научусь так же танц­вать. И понеслось, — вспомина­ет Денис. — Конечно, за эти 14 лет я уходил в другие направле­ния — например, кросс-фит (по­пулярный в США вид спорта, со­вмещающий тяжелую атлетику, пауэрлифтинг, гимнастику и пр.), но потом все равно возвращал­ся к брейк-дансу. Для меня тан­цы — это хобби, отдушина, что­бы не сидеть дома, не смотреть сериалы и не играть в компью­терные игры. И вообще я считаю: чтобы не окаменеть, надо каж­дые несколько лет осваивать что- то новое". Именно поэтому к нам на встречу Денис пришел в одеж­де собственного пошива: "Все на мне, кроме обуви, — собственного изготовления: джинсы, кожаная сумка, пиджак. Я все время осваи­ваю что-то новое. Чем больше на­выков, тем интереснее смотришь на жизнь, по-другому, она стано­вится ценнее".

Хотя, конечно, в шахтерском городке хиповские приспущен­ные штаны и рваная футболка вы­глядят нестандартно, признается Денис. "Для шахтерского городка я одеваюсь необычно — это точ­но, — с улыбкой говорит наш ге­рой. — Но если делают замеча­ния, никогда не перечу, с шахтера­ми спорить не стоит. Потому всег­да отвечаю: "Да, учту". И так каж­дый день. Но ведь жизнь должна быть разносторонняя! Работа — это лишь часть жизни. Осталь­ное я заполняю тем, что мне ин­тересно, изучением новых навы­ков. Мне кажется, в этом счастье. Как-то я услышал мудрую мысль о том, что каждые три года нужно постигать что-то новое. С тех пор так и стараюсь жить, и в таком на­правлении буду воспитывать своего сына. Только при этом обязатель­но дам ему высшее образование и английский. Хочу, чтобы он по­видал мир. Когда мы приезжаем на соревнования по брейк-дансу, общаемся с танцорами из дру­гих городов и стран, они искрен­не удивляются: "Ты работаешь на шахте? Ого! Ну ты даешь!".

Уже 7 лет Денис Тутов работа­ет подземным электрослесарем на "Западно-Донбасской", которую считают шахтой-гигантом этого региона. Наш герой окончил Тер­новский горный лицей и пошел на шахту, так как это была един­ственная возможность регулярно­го и достойного заработка. "По большому счету, что шахта, что за­вод, что работа по 12 часов в ресто­ране быстрого питания — неимо­верный и тяжелый труд, — уверен Денис. — После смены и завод­чанин, и шахтер, и повар валят­ся с ног от усталости. Другое дело, что наша работа — опасная. Хо­тя опять же: если ты знаешь, как вести себя в шахте, ничего страш­ного не будет. Большинство ава­рий — это несоблюдение техни­ки безопасности. Сейчас я больше работаю в цеху и в шахту спуска­юсь редко. Для меня нет разни­цы — что в шахте, что в цехе ра­ботать. Но многие шахтеры боль­ше любят именно шахту, цех для них — мучение! В шахте многие себя чувствуют естественнее, как в тренажерке для легкоатлетов. Фи­зический труд — очень тяжелый, но в нем нет интриг и подводных камней социума. Моим настав­никам, старшему поколению, па­лец в рот не клади. У них разго­вор короткий: "Полезь, поработай смену-другую, потом будем разго­варивать". Но у них условия труда были намного сложнее. Нынеш­нее поколение не такое жесткое. Сейчас шахтеры, как и все, сидят в YouTube, играют в компьютер­ные игры. Разве что юмор и сленг шахтерский остались прежними, но это времени неподвластно"

Экстремал Ирина: роддом, шахта и конь Джокер

Ирина Малькова — спортсмен­ка и экстремал. Она и в походы все время ходит, и на байдарках по ре­кам спускается, и на лошадях не­сется во всю прыть. По профес­сии Ирина — фельдшер-акушер, стать доктором мечтала еще с дет­ства. В мечте этой следует винить ее любимых писателей — Булга­кова и Чехова, которые тоже бы­ли врачами.

Почти 30 лет Ирина проработа­ла в местном роддоме, а послед­ние 10 лет трудится подземным фельдшером здравпункта шахтоу­правления Добропольское. "У ме­ня одна работа — для души, вто­рая — для стабильности, — гово­рит Ирина. — Наверное, я счаст­ливый человек, потому что зани­маюсь тем, что люблю. Кабинет мой находится на 450-метровой глубине, так что я как раз посере­дине, но мне нравится: чем слож­нее, тем интереснее". "Дома я ни­когда не рассказываю, какие трав­мы в шахте случаются, — гово­рит фельдшер. — У меня какая-то врачебная карма. Еду в отпуск — в поезде кто-то обязательно руку поранит. Захожу в супермаркет — кто-то в обморок упадет".

Энергия у Ирины — неуемная. Каждое утро — обход территории в радиусе 20 км. "Люблю катание на байдарках, — говорит медра­ботник. — Недавно мы по Осколу проплыли 80 км, в этом году — по Северскому Донцу. Но особо лю­блю верховую езду. Мой первый конь, Джокер, — при школе олим­пийского резерва. Однажды, пом­ню, меня вдруг лошадь понесла. Я уже еле держусь, думаю: сейчас лошадь споткнется — и все! Ока­залось, она за жеребенком сво­им бежала, и все закончилось хо­рошо. А у меня мечта появилась: снова испытать подобное. В экс­триме меня хорошо понимает мо­лодежь, с которой я занимаюсь в спортзале. Они заряжают меня энергией, учат смотреть на мир проще и веселее".

Водная стихия шахтера Мальвины

26-летняя Мальвина Гармаш плавает с самого детства. Обожа­ет прыгать с пятиметровой вышки в воду "щучкой" и вообще счита­ет воду своей стихией свободы. На местных соревнованиях по плава­нию ее команда занимает первые места. А вот за свое сказочное имя Мальвина благодарит папу. "Он у нас настоящий романтик и фан­тазер, что для шахтеров не очень обычно, — с улыбкой говорит ге­роиня. — Вообще папа очень ждал мальчика, хотел назвать сына Сте­пашкой. Потому когда в роддоме сказали, что родилась девочка, он немного растерялся и долго вы­бирал имя. Сначала назвал меня Машей, потом Мариной, а потом вдруг решил — будет Мальвина. Сейчас отец уже на пенсии и стал намного мягче, начал даже рисо­вать! А пока работал в шахте, дома царил полный патриархат. Если он сказал — это не обсуждается. Раз решил, что дочь его будет Мальви­на Николаевна — все! Но это имя очень помогает по жизни. В шко­ле поначалу дети подшучивали, но старший брат всегда меня защи­щал. А когда поступила в горный университет, преподаватели и сту­денты удивлялись и восторгались. На работе — еще лучше: мое имя очень быстро запоминают".

Мальвина с удовольствием го­ворит о своей работе. "Я выбрала ее сама, — вспоминает наша ге­роиня. — Мама хотела, чтобы я пошла на медицинский, а я меч­тала работать на шахте в техотде­ле. Потому поступила в профиль­ный вуз, закончила и устроилась в Управление технического контро­ля качества угля и стандартов. Мы и в шахту спускаемся, обследуем лавы и проходку. Помню, первый раз было страшновато. Во-первых, спецодежда и оборудование ока­зались тяжелыми. Во-вторых, я же думала, что там будут большие туннели-проходы, а оказалось, что там темно, а проходы порой — низкие и узкие. Но я быстро при­выкла. И ни разу не пожалела, что не пошла в мединститут".

Это и неудивительно — ведь Мальвина родилась в семье, где шахтеры все, и мужчины, и жен­щины. "Шахта — это свой мир, — говорит Мальвина. — У нас так заведено: если шахтер с шахте­ром где-то на отдыхе встречают­ся — жены и дети сразу отходят в сторону, так как это надолго и разговор будет мужской. Шахте­ры работают в суровом мире, и это откладывает на них свой от­печаток. Они прямые, строгие. Для меня шахтер — символ на­стоящего мужчины, за таким – как за каменной стеной! А работать среди настоящих мужчин — и приятно, и интересно".

Рекорды и древний дух гор

  1. Условия добычи угля в Украине — одни из самых сложных в мире. У нас тонкие угольные пласты — около 1 м (в Ки­тае — 3—3,5 м, в Австра­лии — 2—3 м). Глубокие шахты — в среднем 600 м (в Австралии половина угля добывается открытым способом — из карьеров, в ЮАР и Китае глубина — около 200—300 м). Плюс тектоническое нарушение месторождений, опасность выбросов угля и газа, а так­же большой приток воды.
  2. Шахта имени Сташкова в Западном Донбас­се — на 2-м месте в мире по объему притока воды. Здесь подземные воды на­полняют горные выработки со скоростью 1200 кубоме­тров в час! Водоприток на­столько велик, что если ее не откачивать, всего через 17 лет под землей образу­ется огромное озеро.
  3. В 2015 году шахтеры ДТЭК ШУ Терновское сделали то, что не уда­валось никому в Европе! Прошли выработкой (про­вели подземный тоннель) через очень крупное тек­тоническое нарушение — огромную 50-километро­вую трещину в земле. За трещиной — новые уголь­ные поля на 10 млн тонн.
  4. У шахтеров много ле­генд и примет. Самая известная — легенда о Шубине. Это горный дух, х­зяин шахтных подземелий, который выводит горняков на поверхность при обва­лах. На самом деле шуби­ны — древняя шахтерская специальность. Они выпол­няли работу по выжиганию газа метана в выработках, чтобы не было взрывов. Ходили по штрекам с от­крытым огнем — свечой — и провоцировали мелкие вспышки газа. А чтобы не обжечься, надевали шубу и обливали ее водой. Потому и шубины.

Автор: Анастасия Белоусова

Подпишись на наш telegram

Только самое важное и интересное

Подписаться

Реклама

Читайте Segodnya.ua в Google News

Реклама

Нажимая на кнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с правилами использования файлов cookie.

Принять